Владимир Максимов: "Чтобы получать результаты, надо вкладываться"

on .

Рейтинг:   / 4
ПлохоОтлично 

Владимир МаксимовФедерация гандбола России признала неудовлетворительным выступление национальной сборной на чемпионате мира среди мужских команд во Франции. Перед сборной была поставлена задача выйти в полуфинал, а команда вылетела уже в 1/8 финала, уступив Словении. О том, можно ли было рассчитывать на другой результат, какие ошибки были допущены в подготовке, кто виноват и что делать, рассказал Владимир Максимов, тренер, под руководством которого национальная сборная выигрывала Олимпиады и чемпионаты мира.

«Судейского произвола я не увидел»

— Владимир Салманович, давайте сначала по игре со Словенией.
— Жаль, что так всё получилось. Я считаю, что мы могли и должны были обыгрывать словенцев и проходить в следующий этап чемпионата мира. Это было нам по силам. Посмотрите на другой матч, где Бразилия, которую мы «отвалтузили» в группе, дала бой Испании, которая вырвала победу только на последней минуте. Несмотря на травмы, наша задняя линия сильнее. И Дмитрий Житников, и Александр Деревень, и Сергей Шельменко нормально смотрелись и давали результат. Но мы мало подключали переднюю линию. Левый край в позиционном нападении у нас вообще не был задействован, Даниил Шишкарёв справа сыграл вполне успешно, и маловато мы доигрывали до линии. В атаке и мы, и словенцы делали «вертушку», но так сейчас почти все играют. Так вот, во время перестроения у сборной Словении был по сути один игрок, который мог бросить издали, а остальные доигрывали. Они играли несколько скрестных перемещений, доигрывали до краёв – в первом тайме до левого, во втором – до правого, и до линии. Свои силы в нападении использовали более эффективно.

— Серьёзно повлияло то, что выбыли Павел Атьман и Сергей Горбок?
— Да, конечно. Атьман ведь не только атакующий игрок с хорошим броском, но и созидающий. В нашей команде он просто лучше всех работает с передачами в переднюю линию. На предыдущем чемпионате Европы он уже показал себя, тогда он блистательно работал в линию на Чипурина. А Горбок бросает из самых тяжёлых ситуаций, может обвести любой блок. С другой стороны, Саша Деревень забил пять мячей при шести бросках, так что на позиции левого полусреднего у нас была равноценная замена. Я просто не понимаю, почему мы при своих перестроениях не доигрывали до Шишкарёва, у которого шла игра и который атаковал с эффективностью 100 процентов. Даниил вообще какие-то уникальные голы забивал. А когда защита соперников начнёт на него больше отвлекаться, в центре обороны дыры будут появляться. Житников пару раз пытался перевести на него мяч длинными передачами, но делал всё слишком очевидно. Словенцы были к этому готовы. Они не перехватывали мяч, но оттирали Шишкарёва совсем в угол, где он не опасен.

— Была ли оправдана схема «6-0» в обороне в этом матче?
— Когда мы встаём таким образом в защите, надо понимать, что блокирующих у нас нет. Один блок за весь матч – это ни о чём. Всё, что мы ставили, словенцы прошли, обошли, прошили. Нас же держали более плотно, постоянно опекали. Мы сделали очень много нарушений в защите. Видно было, что в конце игры наши ребята шли «отоварить» соперника, а не препятствовать броску по нашим воротам. Это потому, что мы просто не успевали. Ну и судьи нас за это наказали. Единственное, я не понял, за что удалили Тимура Дибирова на четыре минуты. Это наверняка за какие-то «беседы» с арбитрами. Сейчас же в гандболе судьи постоянно пользуются видеоповторами, так что все чётко.

— Близняшки-француженки, судившие матч, как отработали, на ваш взгляд?
— Скажу прямо: больших нарушений в их работе я не увидел. Не могу сказать, что они где-то подсвистывали Словении или нам. Те нарушения, которые нам давали в обороне, – ребята их реально допускали. Обижаться не на что. Посмотрите по удалениям – у нас их намного больше! В современном гандболе если уж судьи поддушивают одну из команд, то делают это таким образом, чтобы в итоге и по количеству удалений, и по количеству семиметровых в итоге было примерное равенство. То есть вначале тянут одну команду, но статистику потом подводят так, чтобы было не придраться. А в нашем матче француженки ничего подобного не делали, свою работу не шлифовали. Если в концовке игры пошёл Миша Чипурин грубо сбивать игрока, то и получил своё. Если наш тренерский штаб жалуется на судейство, есть же видеозапись. Необходимо тогда сделать подборку всех спорных моментов и задействовать федерацию, чтобы рассмотрели этот материал.

— А может федерация помочь?
— Может, если захочет. Я перед отбором на Олимпийские игры – 2012 просил чиновников обеспечить более-менее справедливое судейство. От меня тогда отмахнулись, а что в итоге? В решающем матче мы проиграли Испании один или два мяча, не помню уже. Так вот, в том матче нам пробились девять семиметровых. Девять пенальти, а не удалений. А мы пробили только один. И как это сравнивать с тем, что было в матче со Словенией?

— Показалось, что наша команда в атаке не слишком эффективно действовала без мяча.
— Абсолютно точно. Мы старались всё делать с мячом, берём его, стучим, тащим, непонятно что делаем. Словенцы действовали гораздо мобильнее – за счёт своевременных передач мяча и быстрых перемещений они добивались выходов на голевые позиции. Они же атаковали с шести-семи метров, то есть с убойной дистанции. А мы бросали с 10. Разница есть?

«У сборной России нет быстрых переходов – а это главное оружие»

— В команде сейчас собраны все сильнейшие российские гандболисты?
— Да. Кого можно ещё было пригласить? Самвел Асланян, например, когда играл в России, действовал очень здорово. Он не из того типа игроков, которые могут взять мяч и решить исход матча, но он делал свою работу качественно. Когда уехал за рубеж, то совсем потерялся. Так что на месте правого полусреднего Сергей Шельменко, конечно, гораздо сильнее.

— На этой же позиции действует и Константин Игропуло, которого вообще не привлекают в команду.
— Думаю, по той причине, что тренерский штаб не уверен в его надёжности. Костя пришёл ко мне в «Чеховские медведи» из пляжного гандбола. Его никто не знал, а он буквально за четыре года у нас получил контракт с «Барселоной». А когда уехал туда, я столкнулся с тем, что он не понимает моих требований в сборной. Он мог взять мяч и побежать спасать Россию, сделать по пять-семь потерь за матч, а это в современных реалиях – четыре-пять голов в свои ворота. В отборе к ЧМ-2011 мы проиграли датчанам по сумме двух матчей. Дома выиграли с хорошим преимуществом, Костя сыграл прекрасно. А в ответной игре мне пришлось его посадить на скамейку запасных и выпустить Самвела Асланяна. Но наше отставание уже было приличным, и мы, к сожалению, не попали на чемпионат мира. Поехали датчане и заняли там второе место.

— Многие команды на этом чемпионате массу атак провели сходу, забивая на скорости. Почему у нас такого не было?
— У нас вообще не было быстрых командных переходов. Да, убегал Дибиров, убегал Шишкарёв, но вся команда ни разу не совершила быстрого перехода. В той же встрече с Норвегией нам восемь мячей забили на быстрых переходах. Восемь! А мы бежим до центра поля и останавливаемся. У нас что, новички в составе? Нет, в том матче играли все лучшие, которым не резон чего-то бояться.
Причина может быть в том, что наш тренерский штаб не был уверен в физической готовности игроков и просил их не увлекаться такими быстрыми атаками. Поэтому и получалось медленно и печально. Сейчас скорость игры в гандбол намного выросла, но все бегут, а мы стоим.

— У нас ведь возникали проблемы и в выигранных матчах из-за низкой командной скорости.
— Да, это так. Но с той же Бразилией мы хоть и действовали медленно в атаке, но в обороне играли более грамотно, закрыли центр – защитники выходили чуть вперёд и перекрывали соперников. Со Словенией мы тоже пытались перестраиваться, Дибиров выходил вперёд на прессинг, но словенцы разбивали эти манёвры диагональными передачами на фланг, откуда шла реализация. Значит, мы не были готовы так защищаться. Вот и всё. Сейчас пешком никто не ходит. Быстрый переход – наиболее эффективное оружие современного гандбола, а у нас его нет. Мы идём в атаке медленно и натыкаемся на организованную защиту. Если брать игру со Словенией, то их левый полусредний бежал на дальнюю замену и ни разу (!) мы не попытались соперника на этом поймать. А нас на этом наказывали. Те же бразильцы в подобной ситуации вынуждали нас держать Шельменко на площадке, когда он был нужен свежим в атаке, а когда он пытался меняться – нас наказывали.

«Системного анализа после неудачи на чемпионате Европы никто не делал»

— Может быть, сказалось, что нет базового клуба, все игроки из разных команд, времени на подготовку не так много?
— А другие сборные что, в иных условиях? Я столкнулся с тем же самым перед ЧМ-1993, когда у меня только Дмитрий Торгованов, нынешний главный тренер сборной, играл в российском чемпионате. А все остальные – в зарубежных клубах. И ничего, подготовились и выиграли золотые медали. Приехали в Швецию и порвали там всех, несмотря на домашнее судейство. Тогда мы сделали сборную, которая 11 лет была топ-командой мира. Мы же не остановились на победе в 1993-м, мы же ещё на Европе взяли золото и две бронзы, и золото на ЧМ-1997, и серебро на чемпионате мира 1999 года, и выиграли Олимпиаду в Сиднее, а потом бронзу в Афинах. А работали мы для этих побед, для создания этой команды 13 лет.

— Мы вновь, как и на чемпионате Европы, проигрывали концовки. В чём причина?
— В том, что ничего не изменилось. Наши гандболисты играют в тех же клубах, что и игроки соперников, но те бегают, прыгают и скачут, а россияне – нет. Тогда надо было сделать анализ, почему физическая форма настолько отличается. Такого анализа не было сделано, потому и сейчас мы действовали по наитию, старались поберечься, поменьше бегать.

— Обычно после поражений на крупных турнирах обвиняют судей – это уже случилось – и тренеров. Какие ошибки допустил наш тренерский штаб?
— После Евро-2016 надо было, как я уже сказал, сделать системный анализ. Понять, в чём мы сильнее, и ещё усилить свои козыри, и чём слабее, и как с этим бороться. Но подготовка к чемпионату мира во Франции была точно такой же, как и к чемпионату Европы! Игроки приехали, отправились играть турнир в Ригу со слабыми соперниками, потом опять матчи с теми же белорусами в Москве. А где тренировочная работа? Её и не хватило. Мы тогда сделали подобные ошибки и вновь повторили их. Если есть возможность тренироваться, надо именно это и делать, чем мы и занимались в своё время. Для чего нужны были эти контрольные матчи? Мы же все прекрасно понимаем, что Дибиров и Горбок играют вместе, так и оттачивайте их взаимодействие, а не экспериментируйте. То, что мы забили в атаке на чемпионате мира, были в основном усилия отдельных ребят, а не командная игра. Сборные СССР и России всегда славились командной игрой. Сейчас у нас её не было. Раньше у нас в сборной был один игрок, который мог отправить мяч в ворота соперников с 9-10 метров – Василий Кудинов. Но под него работали все остальные, и мы были чемпионами мира. А сейчас у нас в сборной таких игроков больше, а мы в подвале. Что было ценного в нашем гандболе, утратилось. Нужно обязательно проводить сборы, тренироваться. Какими бы опытными ни были гандболисты в твоей команде, они должны понимать, куда открываться, кто побежит вперёд, кто подстрахует тебя самого. Показательным был эпизод в концовке матча со Словенией, когда нам с шести метров забил игрок, который бегал на замену. Потому что была именно командная игра, которая позволяет использовать свои сильные стороны. А всё, что забили мы, забили через организованную защиту.

«Люди из федерации загубили всю методику»

— А что делать? Менять тренерский штаб?
— Это не поможет. Нам нужно понять совсем другое. Сейчас у нас очень слабо поставлена работа с молодёжью. У женщин чуть лучше, но не сказать, чтобы совсем хорошо. Нет резервов. Франция взяла нашу методику работы, а сейчас и у мужчин, и у женщин их национальные команды наверху. Значит, эта методика работает, но мы сами ей не пользуемся. Мы это всё похоронили!

— В чём конкретно это выражается?
— В том, что мы вообще перестали принимать контрольно-технические нормативы, перестали искать высокорослых игроков. Раньше у нас всё было записано в положении о проведении соревнований: была прописана активная защита, обязательные 15 минут на площадке для высокорослых. На уровне школы дети получали все необходимые знания и были адаптированы к переходу на молодёжный и взрослый уровень. Они были обучены всему, а сейчас мне приходится учить 18-летнего игрока, как правильно мяч передавать. Я ему привожу в пример французов, у которых выходит гандболист на год старше и забивает на чемпионате мира, привожу в пример Льва Воронина, который в 17 лет играл в Астрахани на правом краю. А мой игрок в основной состав «Чеховских медведей» пробиться не может. Нет школы.

— Почему сейчас эта методика не используется?
— Потому что нашлись люди в ФГР, которые доказали, что можно обойтись и без таких нормативов. Они отменили всё то, что требовал Максимов, всё развалили и успешно работают до сих пор.

— Вернуть это можно?
— Только в том случае, если президент ФГР Сергей Шишкарёв заставил на исполкоме подчинённых принять это. Но вопрос в том, как теперь спустить это вниз, когда там уже не привыкли работать иначе? Раньше я ездил по городам и весям, лично принимал нормативы, ездил на все финалы детских турниров, принимал участие в создании команд в Астрахани, Волгограде, Челябинске. Более того, во время таких турниров команды могли не сдавать нормативы, они приезжали с бумагами, заверенными директором, о том, что нормативы сданы. Но если я на выбор брал трёх игроков, а они заваливали сдачу, то пересдавала потом вся команда. Всё было под очень большим контролем. Каждая команда знала, что нужно работать – на авось не проскочишь. Была работа, которую сейчас выполняют в художественной гимнастике и синхронном плавании Ирина Винер и Татьяна Покровская. Они пашут и сами, и подчинённых заставляют. Потому и результат есть. А мы в гандболе первыми построили такую систему и сами же от всего отказались. У нас и залов то для занятий гандболом не так много построено – два в Астрахани и один в Тольятти. Не беру переделанный легкоатлетический манеж в Тольятти. И всё. Питерская команда «Нева» тренируется в зале ДЮСШ.

— И победы на чемпионатах мира, Олимпиаде никак не смогли переломить ситуацию?
— Нет. Когда мы выиграли Олимпиаду в Сиднее, чиновники федерации и Минспорта клятвенно обещали – во всех городах, где вырастили олимпийских чемпионов, будут построены залы. Самое смешное, когда в Афинах ко мне те же самые чиновники подходили, слёзно умоляли побороться за медаль, «сборная в тяжёлом положении, очень нужна эта награда», я напомнил о том обещании. А в ответ мне сказали: «Ты же Игры без зала выиграл, вот и сейчас обойдёшься». Фамилии этих людей говорить не буду. 13 лет назад обещали, а воз и ныне там.

— Сейчас денег в гандболе ещё меньше, чем тогда?
— К сожалению. Чтобы получать результаты, надо вкладываться. А без финансирования даже я – никто. Работаю, стараюсь, но если «Техносерв» откажется от «Чеховских медведей», команды просто не будет. У игроков семьи, дети, им нужно на что-то жить.

«Я предложил путь выхода из кризиса»

— Вы готовы, если получите все полномочия, вновь пройти путь со сборной к победам?
— Тут нужно понять одну простую вещь. Придёт ли Максимов или условный Фабио Капелло с огромной зарплатой, проблема одна – с кем работать? Игроков нет. Но у меня есть предложение, как можно добиться успеха и в ближайшей, и в среднесрочной перспективе.

— И как же?
— Для успехов на ближайших турнирах есть только один путь – искусственный. Такое уже было в Черногории. Нужно находить деньги и возвращать в чемпионат России наших ведущих гандболистов из-за рубежа. Предлагать им лучшие условия, хорошие контракты. И здесь с ними работать. Если мы хотим это сделать, мы это сделаем. Я уже озвучил это президенту ФГР. Почему тот же футбольный «Зенит» покупает за бешеные деньги условных Халков, а платит за это государство через «Газпром»? Этих денег на три олимпийских цикла бы хватило, вложи их в развитие гандбола.

— Всех вернём, на следующем чемпионате Европы, может, в полуфинал попадём. А что дальше?
— Под это возвращение мы одновременно работаем на перспективу. Я уже говорил с ректорами ведущих российских спортивных вузов и получил их согласие. На базе вузов Москвы, Питера, Челябинска, Волгограда, Дальнего Востока, других регионов необходимо создать специализированные детские группы подготовки по возрастам. Сделать для них правильные соревнования – ребята должны играть. А дальше они работают по спецподготовке по той методике, которая у нас была. Они должны понимать, что белое – это белое, а чёрное – это чёрное.

— Для этого нужны тренеры. Они в России есть?
— Есть, и немало. Они могут правильно научить детей, донести до них, что нужно сердцем болеть за Россию и вкалывать. Тогда к Играм-2024 мы получим группу из 20-30 спортсменов, которые будут готовы попадать на крупнейшие турниры и биться в любой ситуации. Как бились раньше наши игроки – с травмированными плечами, со сломанными пальцами.

championat.com

 

Комментарии  

-1 #1 Шурик 28.01.2017 11:23
Кто о чём, а вшивый о бане :-x
Цитировать

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить