Екатерина Андрюшина: "Мы прекрасно понимали, что сборная России была фаворитом"

on .

Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 

Екатерина АндрюшинаСвой первый титул чемпиона мира женская сборная Голландии взяла под началом французско-российского тренерского тандема Эмманюэля Майоннада и Екатерина Андрюшиной.

Сразу по возвращении свежеиспеченных наставников-триумфаторов к месту клубной приписки, во французский Мец, двукратную чемпионку мира и призера Олимпийских игр в составе сборной России ждал сеанс связи с нами.

— Сейчас уже можно рассказать, как голландская команда готовилась к полуфиналу против сборной России?

— Ничего необычного там не было. Просмотры видео, разборы всех деталей игры, как командной, так и индивидуальных действий. Мы прекрасно понимали, что сборная России была фаворитом матча, но готовились стандартно.

— Какие слабости в игре российской команды бросились тогда в глаза?

— При разборе игры сборной России обратили внимание на ее сильные стороны, а не слабости. Пытались донести до игроков, что каждая гандболистка в составе соперника опасна, что в голове нужно держать много вариантов их действий.

Каждого игрока мы разобрали досконально. Девочки знали, чего от них ожидать. Но упор делали на свою игру. Понимали, что нам нужно как можно быстрее делать все: и думать, и перемещать мяч, и бросать.

— При анализе матча некоторые тренеры высказывали мнение: голландки дали больше свободы Анне Вяхиревой, сосредоточившись на том, чтобы сломать командную игру.

— Даже не знаю, что на это ответить. Такого не было и не могло быть. По ходу матча мы как раз сосредоточились на том, чтобы нейтрализовать Аню, не дать ей управлять игрой. Ну как вы себе это представляете: бросить Вяхиреву и держать остальных? Так она одна расправится с кем угодно!

— При разборе игры сборной России не отмечали ее нечастые броски издали?

— Вот так прямо это в глаза это не бросилось. Но ведь мы не знаем, какие командные установки давал Амброс Мартин. Может быть, он делал акцент на игре в прорезках. А по ситуации броски были — даже Вяхирева бросала с девяти метров.

— По ходу чемпионата сборная Голландии потерпела три поражения. Были мысли, что никакого полуфинала не будет?

— Честно говоря, мы просто отпустили ситуацию. Перед последним туром у нас было только одна задача — победить кореянок. Ее мы решили, а потом просто надеялись на судьбу. И та оказалась к нам благосклонной. Нам повезло.

Но никакого ажиотажа не было. Порадовались и стали готовиться к сборной России. Мысли были такими: раз мы все же попали в полуфинал, этот шанс нужно использовать, показать в последних матчах все, что у нас есть.

— В Голландии вас встречали с помпой?

— Да, рано утром 17 декабря мы прилетели в Амстердам. Там нас разместили в отеле рядом с аэропортом, где и состоялись торжественные мероприятия. Приехали министр спорта, президент федерации, журналисты, родственники.

После обязательных торжеств тренеры разъехались, а девочки остались на родине. Во-первых, предстояла еще уйма интервью, вся команда была приглашена в студию центрального телеканала. Во-вторых, им предстоит участие в спортивном гала-вечере. В-третьих, у всех все равно небольшой рождественский отпуск, после которого они вернутся в клубы 27-28 декабря.

— Сборная Голландии получила какие-то призовые?

— К сожалению, я не в курсе, положены ли они команде. Очень надеюсь, что игроки что-то получат. Но в принципе игра за голландскую сборную — дело сугубо добровольное, никаких регулярных выплат за это не предусмотрено.

Что касается тренеров, все зависит от контракта. В документы главному тренеру не заглядывала, а мой контракт составляла агент. Спросила у нее, что там прописано на предмет достижения результатов на таком турнире. Но ответа пока не получила. Но этот вопрос меня не особо и волнует. Я рада золотой медали, которую впервые выиграла, как тренер!

— Перед началом чемпионата мира думали, что команда пройдет так далеко?

— Нет. Мы делали свое дело, готовились к турниру, но понимали, что фаворитов хватает. А уж после поражения в первом матче от словенок, когда команда допустила немыслимо много ошибок, как технических, так и тактических, когда у нас вообще ничего не получилось, нужно было прийти в себя. Хорошо, что на следующий день был выходной. У нас была возможность привести в порядок головы и найти варианты усиления игры.

— Как вы делили обязанности с Эммануюэлем Майоннадом? За что отвечали только вы?

— Разве что за тренировки в выходные с молодыми игроками, которых мы практически не использовали в матчах. А все остальное происходило у нас в дискуссиях, все делали сообща. Старалась больше общаться с вратарями, говорила про броски конкретных игроков.

— Какой из матчей дался тяжелее: полуфинал против России или финал против испанок?

— Физически сложнее было в финале, выглядели немного уставшими. А психологически труднее сложился полуфинал, потому что понимали: стоит росянок чуть-чуть отпустить, и они унесутся. Концентрация была запредельной.

Во втором тайме за счетом вообще не следила. Для меня все разбилось на эпизоды. Ну и сами понимаете, насколько эта игра была принципиальна именно для меня — ведь главных спортивных достижений я добилась со сборной России.

— Когда в финале сестры-рефери Бонавентюра применили правило последних 30 секунд и назначили семиметровый, в душе все перевернулось?

— Скорее, замерло. Ведь пенальти нужно было еще реализовать. Я уже готовилась к овертайму, но когда прозвучала сирена, испытала шок. Чувства совершенно другие по сравнению с теми, что были во время игровой карьеры.

Смотрела на табло и не верила, что мы это сделали. Да я до сих пор в это не верю. Но на медаль смотрю — да, так и есть.

handballfast.com