Александр Коваленко: "Мой козырь, наверное, тактическое понимание игры"

Разыгрывающий "Невы" Александр Коваленко в интервью пресс-службе клуба рассказал о матчах Лиги чемпионов, которые посещал в детстве, и кумирах, с которых берет пример.

- Как начинались занятия гандболом в вашем случае?

- С предложением прийти на тренировку к Самвелу Левоновичу Казарову ко мне подошли на школьных соревнованиях - каких, уже и не помню. А поскольку тогда никаким видом спорта я в принципе не занимался, то меня это заинтересовало. После же того, как узнал, что это за игра, интерес еще больше укрепился.

- Само участие в школьных соревнованиях было из разряда «обязаловки» или объективно нравилось?

- Спортивное воспитание мне с детства прививала моя бабушка, которая сама в свое время занималась лыжными гонками, так что, конечно, участвовать в состязаниях за школу нравилось. Просто хотелось при этом и более полноценных - регулярных занятий.

- Неужели до одиннадцати лет никаких спортивных секций в жизни не было?

- Занимался плаванием около года, но я бы не сказал, что очень серьезно. А остальной спортивный опыт ограничивался играми в школе - в баскетбол, волейбол. Само собой, профессиональными и эти занятия назвать было нельзя.

- В связи с этим не возникло ли сложностей на первых порах в момент прихода в гандбол? Все же в этом возрасте сверстники, как правило уже не просто хаотично перемещаются на площадке, а определенные навыки имеют.

- Ну, во-первых, школьные игры в баскетбол мне все-таки помогли адаптироваться. Скажем, к какой-то степени я уже имел представление о том, как вести мяч. Вдобавок нашу команду в спортивной школе Московского района собрали достаточно поздно. Когда я попал в нее, она существовала всего полгода. Так что сильно отстать я в любом случае просто бы не успел.

- Достаточно часто бывает, что группы «по интересам» в каком-то учебном коллективе, будь то класс, курс или спортивная секция формируются не сразу. И если начинаешь общение с одними сверстниками, то впоследствии приятельские отношения закрепляются с другими. Как было в вашем гандбольном случае?

- Не могу сказать, что какие-то серьезные дружеские связи сохранились с большим количеством партнеров по той команде. Конечно, контакты не разрывали. Например, регулярно видимся на турнире памяти Самвела Левоновича. Но лично у меня как-то сложилось, что более тесно общаемся с игроками моего года рождения, которые занимались в Приморской спортшколе, что пошло еще с того времени, когда нас начали собирать вместе в сборной города.

- Самвел Казаров ушел из жизни в 2012 году. Хорошо ли удалось узнать его как тренера за тот год, в течение которого успели вместе поработать?

- На мой взгляд, Самвел Левонович был однозначно детским тренером, у которого было много своих «фишек». Все его воспитанники их помнят. Помнят, думаю, даже их названия. И вообще отношения были максимально теплыми.

- Сильно ли изменились тренировки под руководством следующего тренера, или ощущалась определенная школьная преемственность?

- Учитывая, что это все-таки детский гандбол, в котором закладываются базовые вещи, принципиальных отличий быть не могло. А тренировать нас стал Юрий Александрович Бабенко, который в тот момент как раз перешел в Московскую спортивную школу, и о котором мы тогда еще ничего не знали. Вообще, говоря обо всех, под чьим руководством на данный момент я успел потренироваться, могу каждому сказать только спасибо, потому что от каждого в той или иной степени получил определенные знания или умения в гандболе.

- В споре трех спортивных школ Петербурга, в которых развивается гандбол, Московская чаще оказывается в роли догоняющей по результатам на городских соревнованиях. Однако год на год все же не приходится. Как было в вашем случае?

- Сперва мы побеждали, причем весьма уверенно, что можно было объяснить в том числе нашими антропометрическими данными, по которым мы тогда сверстников превосходили. Однако затем с одной стороны и ребята-одногодки в других командах подросли, да и у нас несколько человек закончило с занятиями. Так что, наверное, пару последних лет, что я занимался в спортшколе, побеждала уже Приморская.

- В одном из предыдущих интервью вы уже отмечали, что наравне со Степаном Шарко, с которым вместе начинали заниматься гандболом, всегда выделялись физическими данными на фоне партнеров по команде. Чувствовали в связи с этим повышенную ответственность и опять-таки повышенную требовательность со стороны тренеров?

- Само собой, если тренер видит, что игрок как-то выделяется - будь то лидерские качества или антропометрические данные, возлагает на него иные задачи. Но вот если говорить о собственных ощущениях, то в том возрасте о подобных вещах все же не особо задумываешься. Играешь в свое удовольствие. Осознание ответственности за результат приходит все-таки позже.

- Дебютные выездные соревнования - в другом городе, в другой стране - отложились в памяти как-то по-особенному?

- Первый выезд из города, насколько я помню, был недалеким - в Кингисепп. Это лично для меня, потому что партнеры по команде уже успели съездить даже в Швецию. В Кингисеппе мы выиграли, поэтому в памяти те соревнования, конечно, остались. А вот на турнир в другую страну удалось попасть не с первой попытки. Уже когда мы готовились к поездке в немецкий Дюссельдорф, я попал в больницу с аппендицитом, и команда уехала без меня. Так что дебютировал позднее - на традиционном детском турнире в Финляндии, игры которого проходят в большом ангаре с кучей площадок. Играли по шесть матчей в день и с первой попытки заняли второе место.

- То выступление больше запомнилось гандбольными аспектами или атмосферой в целом?

- Когда выигрываешь, конечно, это памятный момент. Времени на то, чтобы погулять, у нас было немного. Хотя некоторые детали были достаточно колоритными. Например, жили мы в школьных классах, спали на надувных матрасах.

- Учитывая вышесказанное о разных результатах команд разных возрастов, приходилось ли когда-либо сталкиваться с неодинаковым отношением в спортивной школе к более и менее перспективным командам?

- По крайней мере, в том возрасте ничего подобного я не чувствовал. Везде, где занимался, было комфортно. А это не только Московская, но и Кировская спортивная школа. Туда мы перешли под руководство Андрея Анатольевича Ковалева после того, как на прежнем месте школу покинул Бабенко, и нам не могли найти нового тренера.

- Дополнительных сугубо бытовых сложностей такой переход не добавил?

- Жил я в Колпино, учился в Пушкине, сам добираться до тренировок не мог - возили на занятия меня или мои родители, или как-то кооперировались с тем же Степаном Шарко и его родителями. Словом, большой разницы не было - ехать в Московскую или Кировскую спортшколу, так что проблем не возникло.

- В какой момент после начала занятий гандболом попадание в дубль «Невы» сформировалось как очевидная цель?

- Наверное, как раз уже во время занятий в Кировской спортивной школе. С одной стороны, мой отец всегда меня наставлял таким образом, что, если чем-то занимаешься, то делать это нужно максимально профессиональным образом. Но, повторюсь, поначалу все же от игры просто получаешь удовольствие, а про какие-то цели начинаешь думать в уже более осознанном возрасте. Как раз тогда мы с папой уже нередко смотрели за играми дублирующих составов и в принципе, можно сказать, что ориентир такой был.

- Момент начала занятий гандболом в вашем случае практически совпал с периодом выступлений «Невы» в Лиге чемпионов. Приходилось ли посещать эти матчи, какие из них, может быть, запомнились лучше всего?

- Впервые всей командой на эти игры мы ходили еще вместе с Самвелом Левоновичем в «Юбилейный», причем для нас это было даже обязательным пунктом. Смотрели, обсуждали, а после финального свистка спускались с трибуны с программками к матчу за автографами игроков. В том числе Эльдара Насырова, вместе с которым сейчас выходим на одну площадку, и это, конечно, очень необычные ощущения. Когда же «Нева» позднее играла на «Сибур-арене», приезжали туда уже в ином качестве - выносили флаги на предматчевой церемонии. Если говорить о запомнившихся соперниках, то поначалу мы не слишком много знали, и оценить масштабы величины того же «Сьюдад Реала» нам было сложно. Важнее были сами эмоции и общее впечатление от игры, которое мы тогда получали.

- Вообще в качестве зрителя интереснее ли наблюдать за коллегами по амплуа разыгрывающего? И имеют ли в этом смысле приоритет гандболисты схожей фактуры?

- Начнем с того, что себя я все-таки в большей степени ассоциирую с позицией левого полусреднего и, конечно, есть гандболисты, вызывающие дополнительный профессиональный интерес. В то же время я в целом люблю этот вид спорта, так что лично мне за игрой как команд в целом, так и гандболистов в отдельности, нравится наблюдать независимо от того, в каком месте площадки находится мяч.

- И все же следующие два вопроса с той позиции - как с разыгрывающему. Сочетание игры в этом ампула на чужой половине площадки и роли центрального защитника на своей на самом деле весьма редкое. Какие-то примеры-ориентиры из мирового гандбола на ум приходят?

- Насколько помню, Филип Йиха в нападении играл и левым полусредним и в розыгрыше, защищаясь при этом в центре. Раньше этот игрок импонировал. Сейчас нравится игра Домагоя Дувняка, который правда нынче защищается больше передним защитником или вторым. А вообще кумиром, с которым мы, как мне кажется, похожи манерой игры, назову Момира Илича.

- Помогает ли практика ведения игры в качестве разыгрывающего при защите в центре за счет предугадывания действий соперников?

- На самом деле мне не кажется, что эти роли на площадке как-то взаимосвязаны. Позиции разные, оценивать игру с них нужно по-разному. Так что не думаю, что действия в розыгрыше дают какие-то бонусы центральному защитнику или наоборот.

- За время выступления в дубле «Университета Лесгафта - Невы» какой отрезок получился самым сложным, а какой, возможно, самым вдохновляющим?

- Первый сезон для меня получился в определенной степени неполноценным, потому что я провел совсем немного матчей. Однако на следующий год из команды ушло много игроков - кто-то в основной состав, кто-то уехал в другие города. И задняя линия оказалась в очень молодом виде. Конечно, сначала у нас получалось немного. Но благодаря Ростиславу Михайловичу Гринишину, который много с нами общался, тщательно объяснял наши роли на площадке, постепенно стали прибавлять в игре, чувствуя тренерское доверие. А самый сложный момент - наверное, чемпионский сезон. В задней линии мы играли вчетвером, плюс функции в защите - короче говоря, часто приходилось играть вообще без замен.

- Функции капитана в клубном дубле и молодежной сборной России по обязанностям и собственным ощущениям разнятся сильно?

- Конечно, в любой команде эта роль почетна и мне было приятно, что мне ее доверили. Хотя, не скрою, выбор в мою пользу в национальной сборной, который огласил Сергей Александрович Кленов, для меня был более эмоциональным событием. До меня капитаном был Женя Савченко, но потом он перестал вызываться в команду, и среди игроков в принципе ходили разговоры, кто может его в этой роли заменить. Само собой, было очень приятно, что в итоге ее доверили мне.

- Из проведенных к данному моменту официальных и товарищеских матчей в юниорской, а затем молодежной сборной по личным впечатлениям какой-либо выделяется особо?

- Не скажу, что какой-то один. Скорее, впору говорить о целом турнире. И им, конечно, было первенство Европы в Хорватии, которое можно назвать самым запоминающимся событием в моей пока недолгой карьере. Само собой, по эмоциям матчи там все-таки отличались. Например, благодаря встрече с немцами мы гораздо больше поверили в себя, играя почти до финальной сирены наравне с соперниками. Увы, злополучный матч против испанцев совсем не пошел нам в плюс, и из группы выйти мы в итоге не смогли.

- Насколько реально после матча со сверстниками из Германии в принципе было систематизировать свои чувства? С одной стороны, дебют на таком турнире, признание лучшим игроком встречи в составе российской команды, и в то же время обидное поражение с разницей в один мяч...

- Еще раз повторю, что перед соревнованиями, как мне кажется, нам не доставало уверенности в своих силах. Поэтому даже поражение от немцев при равной игре убедило нас, что соперники в принципе такие же, как и мы. Мяч круглый, поле прямоугольное, и все в наших руках. Было обидно, конечно, что проиграли мяч. Но, как ни странно, то поражение в эмоциональном плане пошло нам на пользу.

- А тот персональный приз, кстати, занял какое-то особое место среди личных наград?

- Не буду отрицать, что две полочки, где висят медали и стоят какие-то другие награды, у меня дома есть. Но не сказал бы, что отношение к этой индивидуальной награде у меня какое-то особенное. Скорее, как к одной из. Конечно, в эмоциональном плане медаль за победу в составе «Невы-2» значительно важнее.

- Уже после первенства в Хорватии не ощущалось послевкусие определенного невезения российской команды на турнире? Ведь и в первом и во втором групповом раунде она могла занять на два места выше в таблице (второе и первое соответственно - прим.), но при равном количестве очков уступала соперникам по разнице мячей...

- Было, конечно. Хотя, скорее, это были все же не мысли о невезении, а обида от итогового результата. В какой-то степени сожалели о том, что попали в столь сильную группу. Например, те же сербы, не в обиду им будет сказано, из своей группы вышли и в результате оказались в итоговом протоколе выше нас. А мы при подготовке у этой команды два из трех матчей выиграли уверенно.

- На момент тех игр за сборную вы уже успели дебютировать за основной состав «Университета Лесгафта - Невы». И вопрос следующий - считаете ли знаковым для себя первое попадание в заявку на матч, которым стала встреча с «Чеховскими медведями»? Или все же такого статуса достойна игра, в которой удалось отметиться и на площадке - а именно против «Динамо-Виктора»?

- Попадание в заявку было важно уже хотя бы потому, что всегда было очень интересно почувствовать атмосферу в раздевалке главной команды до и после игры. Хотя в эмоциональном плане, конечно, выход на площадку был заметно более ярким событием. Как и любому, хотелось показать, что умею и помочь команде не только сидением на скамейке запасных.

- Сильные ли отличия в игровых концепциях молодежного и основного состава «Невы» бросились в глаза после начала тренировок с главной командой? Ведь при очевидной работе «под основу» тренеры дубля объективно ограничены меньшей полнотой состава, не говоря уже о кардинально разном опыте гандболистов.

- В молодежном составе по сравнению с главной «Невой» у нас было совсем немного комбинаций, поэтому на тренировках с первой командой учить и запоминать приходилось много, что Дмитрий Николаевич Торгованов и заставлял меня делать вместе с игровым наставником в лице Паши Тураева. В этом смысле, наверное, изменения были самыми большими.

- А если говорить не о концепции в целом, а об отдельных упражнениях, то на чьих тренировках приходилось сталкиваться с самыми нестандартными по гандбольным меркам?

- Сложно ответить про необычный стиль, а вот самые сложные тренировки в плане физической нагрузки у меня были под руководством Николая Николаевича Чигарева, когда я пару раз попадал на сбор национальной команды из игроков 1998 года рождения. Проводили товарищеские матчи с кунцевским УОРом и на следующее утро после одной из игр, которую мы проиграли, получили в подарок кросс на 12 или 13 километров в виде первой тренировки или зарядки. Причем дело было зимой, и было очень холодно. А вообще тренировались трижды в день, с чем я больше нигде не сталкивался.

- С учетом уже весьма большого количества тренеров, под руководством которых удавалось тренироваться и играть, всегда ли претензии к собственным действиям как центрального защитника звучат более или менее одинаковые? Или варианты могут заметно отличаться?

- Мне кажется, до попадания в дубль претензии по игре в защите в мой адрес вообще не предъявляли. Может быть, в минимальной степени. Но в любом случае несравнимо меньше с тем, что я слышу сейчас от Дмитрия Николаевича. С другой стороны, все знают, что для него именно качественная игра в обороне стоит на первом месте. Если же возвращаться к вопросу о специфике тренировочного процесса, то отмечу, что, наверное, при Ильясе Тофиковиче Гасанове мне удалось прибавить именно в индивидуальной игре, в том числе в защите. Потому что многие занятия у нас проходили именно с акцентом на индивидуальные действия на обеих половинах площадки.

- Говоря о развитии индивидуальных качеств, какие из них в силу своих персональных особенностей считаете наиболее перспективными, над какими же для ощутимого прогресса нужно больше всего времени усилий?

- Мой козырь, наверное, тактическое понимание игры. Пусть прозвучит это в достаточной мере самовлюбленно, но просто у многих, насколько я знаю, именно такое мнение. Что же касается тех аспектов, в которых особенно хочется добавить, то среди первых назову выносливость и скоростные качества, но, как и в случае с любыми физическими качествами, нарабатываются они только тренировками, тренировками и еще раз тренировками.

spbhandball.ru