Екатерина Андрюшина: "Считаю, еще не окончательно сформировалась как тренер"

Продолжаем представление публикаций свежего номера нашего журнала. Маню + Катя + цейтнот = успех. Уникальная формула триумфа на чемпионате планеты и ее расшифровка.

Золото чемпионата мира в Кумамото выиграла сборная Нидерландов, ведомая необычным тренерским дуэтом. Четыре года назад он сложился в сильнейшем женском клубе Франции — "Меце".

Он — фанатик игры родом из гандбольной семьи с запада Франции. Она — одна из ярчайших разыгрывающих сборной России, двукратная чемпионка мира. Эмманюэль Майоннад и Екатерина Андрюшина…

Декабрь 2019-го вывел 36-летнего француза и 34-летнюю россиянку на принципиально новый уровень профессиональных умений и славы. Андрюшина так вообще стала первой в гандболе женщиной, выигрывавшей чемпионаты мира и как игрок, и как тренер.

Это журнальное представление наших героев мы готовили в разгар января. Они уже вернулись к горячим клубным будням "Меца". Но с удовольствием вспомнили победный поход во главе "оранжево-золотых" и рассказали много интересного друг о друге.

Екатерина

— Через что нужно было пройти, чтобы так успешно тренировать во Франции?

— Последний год карьеры гандболистки я провела игроком-тренером в "Меце". Это было при предыдущем рулевом Жереми Русселе. Тогда же в течение полутора лет я училась на тренерских курсах в Безансоне — меня не было в команде по неделе каждый месяц. Когда заканчивала учебу, "Мец" возглавлял уже Эмманюэль. И я четко понимала, что останусь в клубе. Это было желание его президента Тьерри Вейзманна.

С моим дипломом нельзя быть главным тренером в высшем дивизионе чемпионата Франции. Могу возглавить команду во втором или руководить "centredeformation" — по-нашему это училище или академия.

— Как вы поняли, что сработаетесь с Маню?

— Здесь никаких секретов. Поначалу притирались друг к другу. Настоящих конфликтов не было, но острых моментов хватало. Потихоньку-полегоньку отношения выстроили. И вот уже четвертый год работаем вместе.

— В чем главная сила Майоннада-тренера?

— Прежде всего — в терпении. Ко всем ситуациям, даже самым сложным, он подходит с холодной головой. Я по-прежнему отчасти игрок, на многое реагирую по-женски бурно. Маню совсем другой. Он присмотрится, выслушает окружающих, подумает и только тогда примет решение. В женском коллективе это качество особенно ценно.

— Майоннад ведь почти не играл в гандбол…

— Он играл на невысоком уровне в родном городе, а на тренерскую деятельность переключился очень рано из-за травм. Но важно понимать, что в его семье глубочайшие гандбольные традиции. На игре помешаны буквально все.

— Можете вспомнить, когда впервые узнали про Эмманюэля?

— Первой командой Маню был "Миос", и "Мец" очень часто с ней играл. Тогда я просто обращала внимание, что там очень молодой тренер, хотя ничего больше о нем не знала. Почему-то запомнила, что за все годы, что я была в "Меце", у нас всего раз случилась ничья. Остальное мы, конечно, выиграли.

— Как Маню обставил предложение поработать с ним в сборной Нидерландов?

— Дело было в январе прошлого года. Мы работали в нашей тренерской комнате, и Маню вдруг так сформулировал вопрос: было бы мне интересно стать его помощницей в национальной команде? Причем сначала он даже не уточнил, о какой именно сборной речь. Мы обсудили ситуацию с моим мужем, и после этого я ответила Маню согласием.

— С какими ожиданиями отправлялись на чемпионат мира?

— Принимая предложение голландцев, с одной стороны, понимали, что идем в одну из топовых сборных мира. С другой — после первого же сбора в марте осознали: у нас совсем нет времени на подготовку.

Маню сразу же наладил контакт с клубными тренерами наших сборниц. И они после каждого приезда в национальную команду получали домашние задания для выполнения работы в клубах.

— Ваши основные обязанности в тренерском штабе сборной Нидерландов?

— Большой фронт работ — с вратарями. Это и подготовка видео, и предложение разных вариантов разминки, и специальные вратарские упражнения, и много общения. Но голкиперами мой функционал, конечно, не исчерпывается. Как часто шучу о своей работе, я везде и нигде.

— Ваша мама Светлана Владимировна долгие годы работает с вратарями звенигородской "Звезды". Это оказалось кстати?

— С мамой я постоянно в контакте, обсуждаем в том числе и профессиональные темы. Когда у нее есть возможность, она непременно смотрит наши игры, делится наблюдениями и советами.

Конечно, она сыграла важную роль в моем выборе профессии. Еще когда играла, чувствовала, что меня тянет к тренерскому делу. На тренировках и в играх всегда стремилась подсказывать девчатам, думала за других, изобретала комбинации. Постепенно все это и переросло в желание стать тренером.

— В трансляциях с чемпионата мира хватало кадров, где вы подсаживались к замененным игрокам и что-то объясняли. Что именно?

— Старалась подсказать, но ничего не навязывала. Как правило, обращалась с посылом "попробуй вот это" или "может, в следующий раз стоит сыграть так". Часто просто подбадривала в ситуациях, когда девочка сыграла хорошо, но допустим, не попала в ворота из выгодной позиции. Успевали общаться на скамейке и с Маню. Подсказывала, что можно попробовать в защите или в атаке. А уже он принимал решение.

— Ваши самые яркие эмоции в Кумамото?

— После победы над Норвегией — прямо "вау!". Ну и, конечно, после финала, когда при не лучшей своей игре дожали испанок в концовке.

— А как же победа над россиянками в полуфинале? Она стала для вас особенной?

— Если честно, не верила, что сможем выиграть. Выходили просто с желанием сделать все возможное. Но по ходу матча видела эмоции девчонок и понимала, что они в шоке. Мы постарались максимально изучить российских игроков персонально и их коллективные взаимодействия.

— Кстати, было ли это просто? Ведь большинство игроков сборной России из "Ростов-Дона", тренер тот же. А вы их прекрасно узнали еще по прошлому сезону в Лиге чемпионов.

— Это вообще другая история. Было очень сложно. Команда России играла много комбинаций и взаимодействий, связки из двух, трех игроков. Готовиться к такому сопернику было крайне неудобно, а потом еще все самое важное надо было донести до подопечных.

— Мозг нынешней голландской сборной?

— В равной степени Эстевана Полман и Лоис Аббинг. В какой-то степени и Тесс Вестер. От нашего вратаря всегда идет много подсказок защитницам.

— Сравните эмоции от этой тренерской победы с тем, что было, когда вы побеждали на чемпионатах мира в 2007-м и в 2009-м, играя за Россию.

— Больше эмоций от побед испытывала как игрок. Потому что тогда все проходила и преодолевала сама, пропускала через себя. А здесь испытала прежде всего облегчение. И огромную радость за девочек, потому что прекрасно понимала, что в эти мгновения испытывали они.

— Победа на чемпионате мира со сборной Нидерландов может повлиять на вашу тренерскую карьеру в ближайшем будущем?

— У меня контракт с "Мецем", и меня все здесь устраивает. Считаю, еще не окончательно сформировалась как тренер. Продолжаю открывать много нового и надеюсь профессионально расти.

— Считаете себя тренером российским или французским?

— Вот и не знаю, что сказать. Я русская, но работаю во Франции.

— Можете представить себя работающей в России?

— Вполне. Там не будет языковой проблемы, хоть свободно говорю и по-французски. Но на эту ситуацию можно взглянуть и по-другому. Что если работать в России, говоря по-русски, окажется сложнее? Пока не могу представить, как это будет происходить.

Эмманюэль

— Что нового вы узнали о своих подопечных в сборной Нидерландов со дня назначения до старта чемпионата мира?

— Мы с Катей изначально понимали, что немедленно окажемся в жестком цейтноте. Работу тем не менее проделали очень большую. Первый недельный сбор с командой провели в марте, затем у нас были двухнедельный тренировочный лагерь в июне и еще неделя в октябре. Плюс сыграли два отборочных матча чемпионата Европы против австриек и гречанок. Вот и вся подготовка.

Понятно, что в сумме этого совсем мало, чтобы подвести команду к большому турниру. Сборная пережила изменения: пришли новые тренеры, а основная разыгрывающая Никке Гроот решила завершить выступления за команду.

Так что изначально условия были непростыми. Сами себе мы поставили задачу войти на чемпионате мира в шестерку.

Когда проиграли в Японии первый матч — против команды Словении, это стало болезненным ударом. Но ничего не оставалось, кроме как упорно работать и оставаться единой командой — игрокам, тренерам, персоналу. Вот это нам удалось.

— Что пришлось поменять после стартовой неудачи?

— Под словенок мы с Катей выбрали новую схему организации обороны, и это не сработало. То, как мы тогда защищались, никуда не годилось. К тому же, нашей команде не хватало нормальной гандбольной агрессивности, по-настоящему мы не сражались. К счастью, затем отношение к делу наших с Катей подопечных вопросов не вызывало.

— Буквально в каждом ответе вы упоминаете Екатерину Андрюшину. Почему ее присутствие рядом так необходимо вам и в клубе, и в сборной Нидерландов?

— Профессия тренера очень сложна. У нее много ответвлений и нюансов. Очень важна вера в людей, с которыми работаешь ежедневно бок о бок. Я очень доверяю Кате. Вижу в ней человека, преданного делу и нашему клубу. Она не боится никакой работы. И главное, что Екатерина Андрюшина — по-настоящему компетентный специалист. Она особенно сильна в тактике и всегда находит ключики к человеку при индивидуальном общении. Одним словом, суперчеловек. С ней мне очень комфортно работать.

— Ваше решение встать у руля сборной Нидерландов зависело от согласия или отказа Андрюшиной составить вам компанию?

— Нет. Все равно принял бы приглашение голландской стороны. Рассматриваю работу со сборной как новый интересный вызов. Но тогда я сразу же подумал, что хочу сделать предложение Кате присоединиться ко мне в штабе "Оранье". Рад, что она ответила согласием.

— Согласитесь, что на решающих стадиях чемпионата мира сборной Нидерландов везло?

— По-моему, очевидно, что везет сильнейшим. При этом и испанок в финале, и россиянок в полуфинале, и норвежек в группе мы обыграли закономерно — потому что играли лучше.

Когда проиграли сборной Словении, сказал девушкам, что необходимо оставаться собранными. Это чемпионат мира, где даже с учетом разницы в уровнях команд каждый может выиграть у каждого. Нам удалось продержать концентрацию на самых важных отрезках турнира, и это стало самым значимым слагаемым успеха.

— Что изменил в вашей жизни титул тренера чемпионок мира?

— Практически ничего. По возвращении из Японии мы с Катей совсем быстро переключились на клубные реалии. Хотим снова видеть "Мец" как минимум участником "финала четырех" Лиги чемпионов. Мы много работаем и никакого повышенного внимания к себе не чувствуем.

— Нам в общих чертах известно, что у вас очень преданная гандболу семья. Расскажите о ней подробнее.

— Она у нас очень-очень большая. И, представьте себе, все обожают гандбол и так или иначе в него играли или играют. Конечно, все смотрели трансляции из Японии, болели за меня и сборную Голландии.

Что касается моего прихода в гандбол, то все началось с деда Роже, отца моего папы. Дед был основателем и президентом клуба "Миос Бигано", там я и начинал тренировать. После деда бразды правления в клубе перешли к моему отцу Жерару. В свое время он был в команде "Миос" и тренером-ассистентом. Дядя Доминик тоже долгие годы работал тренером. Так что у меня не было реальных шансов пройти мимо гандбола.

— Помните, как вы повстречались с Екатериной?

— Смело могу называть себя фанатом гандбола. Поэтому знал сильных игроков со всего мира, в том числе, и Катю. Для меня она — настоящая звезда, одна из лучших гандболисток России всех времен.

Андрюшина была чрезвычайно умным игроком. Для меня стало настоящей тренерской удачей застать конец ее карьеры в "Меце". Помню, как был очень смущен при нашей первой встрече. Это потому, что сильно уважал ее как игрока. Мы быстро нашли общий язык в совместной работе. Иметь такого помощника и в клубе, и в сборной для меня огромное удовольствие и подспорье.

handballfast.com