Лада Самойленко: "Весной следующего года получу диплом — и вуаля: можно ко мне записываться"

Об этой целеустремлённой и стальной девушке мы ещё узнаем. Лада Самойленко из тех людей, кто всегда будет заниматься любимым делом — самозабвенно и кропотливо.

И то, что она нашла второе любимое дело сразу после завершения первого, грозит всем приятным сюрпризом. Особенно тем, кто пойдёт по её дороге — одной из самых перспективных российских гандболисток, вынужденной закончить карьеру на взлёте.

И так и не поднявшей за собой в небо сборную белорусскую, которую собиралась усилить. 

Обошлась без депрессий

— Судя по соцсетям, Лада Самойленко отправилась во второй поход за званием мастера — теперь уже по реабилитации спортсменов.

— Когда после очередной операции поняла, что в спорте уже не останусь, то начала думать: а что дальше? Но, так как всё последнее время занималась собственной реабилитацией — и мне это было интересно, то, по сути, выбор сделала сразу. 

Посоветовалась с родителями, и они его одобрили. В общем, обошлась без депрессий и долгих поисков себя.

— Позапрошлый сезон в "Динамо-Синаре" вы начали вполне успешно, сразу выдвинувшись в число лидеров команды. 

— Действительно, всё складывалось неплохо. Пока не получила травму — уже третью в своей карьере. Всё того же левого колена. Неудачно приземлилась — и ага…

— Уезжая в Волгоград из белорусского чемпионата, вы вспоминали последний добрым словом. Мол, и играют здесь не так жёстко, как в России, и скорости поменьше. Неплохо для тех, у кого уже были проблемы со здоровьем!

— Надо сказать, что я всё равно индивидуально работала после тренировок, добирала нагрузку. И не факт, что, если бы оставалась в Гомеле, моё колено продолжало бы чувствовать себя комфортно. Наверное, просто пришло время. 

Болела за Даньшину и "Городнинчанку"

— Без вас с Наталией Даньшиной "Гомель" отдал чемпионство Минску. Следили за игрой бывшего клуба? 

— Как раз-таки больше наблюдала за Наташей, которая в минувшем сезоне защищала цвета "Городничанки". Болела за неё в полуфинале, где гродненчанки, к сожалению, уступили нашему бывшему клубу. 

Но, пользуясь случаем, хочу пожелать команде Наташи успеха в новом чемпионате и с новым молодым тренером.

— Какой же клуб в карьере был самым любимым у победительницы молодёжного чемпионата мира 2016 года?

— Один, наверное, выделить не могу. В каждом что-то брала для себя. И вот из всего этого пазла и сложился такой игрок, как Лада Самойленко.

Начнём с "Кубани" и сразу упрёмся в Евгения Васильевича, который у меня прочно ассоциируется с этим клубом. Помню наше знакомство, я только пришла в команду из дубля. "Как тебя зовут? — Лада. — О, у меня собаку так звали. Правда, она потом умерла".

Ян Лесли меня успокаивал

— Всегда приятно, когда отношения начинаются с тёплого слова. 

— Вы что, я к Евгению Васильевичу всегда относилась с юмором и с иронией. Когда устанешь, он всегда бросит какую-то шутку, улыбнёшься, и уже легче. Я на свой счёт ничего не принимала. 

"Так, Самойленко — это слишком длинно, поэтому будешь Сэмом". Ну ладно, Сэм так Сэм. Все так и начали меня называть — но только в Краснодаре. В других клубах такого уже не было. 

Но там не было и Трефилова, который любил построить команду перед тренировкой и поговорить с ней на разные темы. Его коронное: "Ну что вы там сидите вечно в телефонах и в своих ста граммах? Что вы там всё время ищете? Всё что вам надо — оно здесь!" — и показывал рукой на площадку.

— И ведь прав… 

— 100 процентов. Я Евгения Васильевича очень люблю. Он у меня на втором месте идёт среди всех любимых тренеров. Просто на первом месте этого рейтинга у меня Ян Лесли — это уже когда в ЦСКА попала. Он дал мне шанс проявить себя в команде с целым созвездием олимпийских чемпионок — я была самой младшей в том составе. А это дорогого стоит. 

Лесли очень внимательно ко мне относился, всё время повторял: "Easy, Lada, easy..." Видел, как я гиперответственно ко всему отношусь — и советовал так сильно не переживать. Мол, не волнуйся, ты очень трудолюбивая, это тебе ещё поможет. Просто не всё сразу, посмотри, кто вокруг. 

Датчанин вообще любил разговаривать с игроками, это в нём подкупало. Как и то, как Ян умел доступно объяснить многие технические вещи. Например, мы с Катей Ильиной остаёмся после тренировки — отработать бросок снизу вверх. Вернее, она мне показывает, как это надо делать, потому что кисть у Кати просто волшебная. 

И вот Ян подсказал, что этот бросок делает не столько рука, сколько ноги. Показал движение, и всё встало на свои места. Вроде мелочь, но для меня это стало настоящим открытием. И это очень здорово помогло: когда смотрю свои матчи, то понимаю, что именно в ЦСКА этот бросок получался лучше всего.

Я вообще люблю людей, которые дают правильные советы. Помню, спрашивала у Вики Жилинскайте о том, стоит ли мне переезжать в Москву из Краснодара — я как-то этого боялась. И она сказала: "Конечно же — да". И добавила, что каждый новый переезд будет легче предыдущего. Так, кстати, потом и было.

Звенигород разочаровал, но потом реабилитировался 

— Всё же переезд в Звенигород, следует полагать, лёгким не стал.

— Признаюсь, известие об аренде стало неожиданным, я довольно неплохо провела сезон и думала, что останусь в ЦСКА. О переходе в "Звезду" мне сказали в отпуске, и там как-то сразу не пошло. 

Часто болела, вдобавок обнаружились какие-то микротравмы, о которых я раньше и не подозревала. Короче, Звенигород в первый раз меня не порадовал.

Но, надо признать, сейчас поменяла своё мнение — когда проходила там восстановление, уже после реабилитации в клинике, с Ариной Кругличенко — тренером по ОФП. В клубе многое изменилось — и в структуре, и в тренерском штабе, и в самой команде.

— К этому вернёмся, пока же на горизонте прекрасный и волшебный город Гомель, республика Беларусь. 

— Прекрасным он мне поначалу не показался по той простой причине, что первой же зимой там выпало столько снега, сколько я не видела за всю свою предыдущую жизнь в Краснодаре. Я — человек южный, и те минусовые рекорды стали для меня настоящим шоком.

Но, как только акклиматизировалась, то почувствовала себя в Беларуси как дома. Это без малейших натяжек. Очень комфортная для меня страна. 

В команде у нас был победный дух, и он всегда задавал планку, что надо не останавливаться и идти вперёд. После первого сезона планка стала ещё выше — я поставила себе цель ещё раз выиграть и чемпионат, и Кубок. И поэтому второй год дался уже потяжелее, но, тем не менее, своего добилась, и уезжала из страны двукратной чемпионкой Беларуси. 

Операция и восстановление за свой счёт

— И, надо заметить, ещё и MVP чемпионата, у которого имелись предложения сразу из трёх стран. 

— Выбор был неплохой, да. Но, как только узнала о варианте с Волгоградом, то приоритетом стал именно он. Мне было важно попасть к Олегу Михайловичу Кулешову. Я понимала, что как тренер он может мне многое дать. 

— Ну и как, дал? 

— Конечно! Даже за тот непродолжительный период, что мы занимались, я получила гигантский объём информации и новых технических знаний. Он полностью изменил мою работу в защите, добавил многое в игре в нападении и заслуженно занял место в тройке моих любимых тренеров. 

— Как всё неплохо складывалось до той самой досадной травмы…

— После первой операции восстановление было тяжёлым. Не так, как обычно обещают врачи — постоянно возникала какая-то симптоматика и откаты назад.

На фоне воспалений появились осложнения, которые требовали оперативного вмешательства. И тут в "Динамо" у нас произошла достаточно неприятная ситуация, о которой и не очень-то хочется рассказывать.

Мне отказали во второй операции — и, слава Богу, эту команду я покинула. Но тогда у меня было очень чёткое понимание того, что я сделала ещё не всё, чтобы вернуться в гандбол, и четвёртую в жизни операцию сделала за свой счёт. Потом было восстановление и реабилитация, опять же — за свой счёт. После чего я попала к Арине, и мы начали готовиться уже к площадке.

А затем стало окончательно понятно, что мой коленный сустав в нынешнем состоянии вполне годится для жизни, но больших нагрузок он уже не выдержит — даже при том, что у меня очень сильные мышцы. И я откровенно сказала об этом представителям белорусской федерации, которые всё это время интересовались ходом моего восстановления. Очень хотела играть за эту страну, но не судьба…

Знаю, что буду хорошим специалистом 

— Всё началось с подросткового возраста, когда в 15 и в 17 лет мне дважды оперировали мениск — в Краснодаре. Если бы тогда эти операции сделали бы по-другому, то у меня были шансы отыграть лет пять минимум. Но хирурги посчитали, что мениск проще вырезать, чем сделать какой-то шов. Пошли по самому простому пути. 

И, знаете, именно тогда, в семнадцатилетнем возрасте я начала задумываться о вопросах восстановления. Интересоваться, как этот процесс организован в гандболе. И поняла, что он не организован вообще никак.

Если посмотреть на игроков после операций на крестообразных связках, то у них же сплошные рецидивы! Понятно, что ситуации бывают разные. Но то, что в гандболе нет хороших реабилитологов, это факт. И это огромная проблема, из-за которой игрокам приходится расставаться со своей мечтой.

— Догадываюсь, кому будет суждено закрыть эту брешь. 

— Я прикладываю много усилий, постоянно вкладываюсь в своё обучение — и у меня даже есть идея фикс. Как только получу лицензию, то гандболистов какое-то время буду восстанавливать бесплатно. Просто потому, что это моя личная боль.

— Знаете, я бы тоже назвал в вашу честь свою собаку. Жаль только, что у меня её нет.

— Всегда можно завести (улыбается). Что же касается будущей профессии, то вдобавок к диплому института физической культуры я езжу на обучения и семинары, набираю массу нужной информации. А с сентября уже как реабилитолог начну учёбу в медицинском университете на курсах повышения квалификации.

Весной следующего года получу диплом — и вуаля: можно ко мне записываться. Уверена, что буду хорошим специалистом. Слишком уж этим горю. Совсем не меньше, чем когда-то гандболом. 

И знаете что? Это мне жутко нравится.

handballfast.com